На главную страницу                   Контакты  

ЗАГАДКА "КОРОЛЕВЫ ЭКРАНА"
(воспоминания кинодраматурга Алексея Каплера)

Вера Холодная

Вера Холодная.
Фото начала ХХ века.


ВОСПОМИНАНИЕ

Каждое воскресенье, ранним утром, в наш дачный поселок Пущу-Водицу приезжал из Киева трамвай № 19 с открытым прицепным вагоном. На скамьях прицепа сидели музыканты духового оркестра и играли марш.

Дачники просыпались под этот праздничный сигнал, означавший, что сегодня в парке на пятой линии весь день будет гулянье, а вечером на открытой эстраде состоится концерт, в закрытом театре - спектакль, а в дощатом здании синематографа, что встроено в розовый забор парка и само выкрашено в тот же веселый розовый цвет, в синематографе - премьера новой киноленты. Поднимая тучи пыли, мальчишки бежали вслед за трамваем, наперерез ему, и на ходу вскакивали на подножки, которые тянулись вдоль всего прицепного вагона.

Мы облепляли вагон, как рой пчел. Кондуктор даже не пытался потребовать, чтобы мы купили билеты, или согнать нас. И то и другое было бы одинаково бесполезно, и он отворачивался, делая вид, что ничего не замечает. Так начиналось в Пуще-Водице каждое воскресенье. Синематограф действовал обычно только по праздничным дням. Там шли то заграничные, то отечественные ленты. Одни посещались меньше, другие-больше, но когда объявлялась новая картина с участием Веры Холодной, у входа с утра собиралась за билетами толпа.

Ленту с Верой Холодной крутили с утра до вечера, и не только в воскресенье, но всю неделю, пока все население поселка ее не пересмотрит. А многие поклонники "королевы экрана" смотрели картину раз по пять, а то и больше. Нам, мальчишкам, почитателям "Вампиров", "Тайны черной руки" и "Фантомаса", это безумие взрослых казалось смешным. Но однажды заболел сосед по даче-великий поклонник Веры Холодной. Он отдал мне свой билет на вечерний сеанс и велел посмотреть новую картину.

Мне совсем не хотелось идти на какую-то там "занудную психологическую бузу" (выражаясь нашей тогдашней мальчишеской терминологией). Из вежливости я взял билет, тут же решив не ходить и потом изобрести какое-нибудь оправдание. Своим друзьям я об этом билете ни слова не сказал, чтобы не задразнили. Однако вечером меня начали грызть сомнения: не посмотреть ли все-таки, чем это взрослые восторгаются? Хоть посмеюсь, думаю. И вот, когда стемнело, я, вроде бы прогуливаясь, прошел мимо иллюзиона, затем нырнул в толпу, предъявил свой билет и оказался в зале.

Единственным украшением нашего синематографа были новые красного плюша занавеси на всех дверях. В остальном это был обыкновенный деревянный сарай, а в нем скамьи с нанесенными краской номерами мест на спинках, да волшебный луч света, летящий над головами зрителей к экрану, да еще пианино справа от полотна экрана и одинокая фигура "тапера"-старенького аккомпаниатора, похожего на Лемма из "Дворянского гнезда". В те времена немого кино картина обязательно сопровождалась музыкой. В больших кинотеатрах, таких, например, как киевский театр Шанцера, перед экраном помещался большой и очень хороший симфонический оркестр. К каждой картине составлялась специальная музыкальная программа. В некоторых кинотеатрах картина сопровождалась квартетом, трио и уж как минимум - фортепиано.

Старый "Лемм" из нашего пущеводицкого синематографа был настоящим художником, никакого "буквализ-ма" не было в его игре. Он импровизировал, передавая общее настроение, общий смысл ленты, и это было прекрасно. Он не прерывал игру, как это делали все другие музыканты в антрактах между частями, а продолжал тихонько играть, поддерживая настроение зрительного зала. Ведь в те времена после каждой части картины в зале зажигали свет, потому что механик перезаряжал аппарат. До "великого изобретения" - поставить в кинобудку вместо одного два проекционных аппарата и пускать фильмы без перерывов - человечество еще не додумалось. И до того, чтобы проектор работал от электромотора, тоже не дошли, хотя моторы давно существовали. Механик вертел ручку проекционного аппарата с постоянной скоростью - шестнадцать кадров в секунду - и зажигал свет в зале на время, нужное ему, чтобы заменить часть следующей.

Я уселся и приготовился иронически смотреть эту их взрослую психологическую чепуху. Не помню уж сейчас названия картины, но оно было в стиле модных тогда "роковых страстей". И это название, и заголовок первой части, тоже что-то о страстях,- в те времена каждая часть предварялась надписью-заголовком,- совсем уж настроили меня на смешливый лад. Погас свет, пошла картина. И я впервые увидел на экране это незабываемое лицо, глаза Веры Холодной... Это не имело ничего общего с фотографиями, которые продавались в сотнях вариантов.

Что-то мне совсем не смеялось. Я странно себя чувствовал. Когда героини не было на экране, я нетерпеливо ожидал нового ее появления. Первый антракт я неподвижно просидел в каком-то обалделом состоянии, уставившись на опустевшее полотно экрана. Теперь уж не помню не только названия, но и сюжета картины. Запомнилось только, что это была трогательная, мелодраматическая история несчастной, страдающей героини, которую было бесконечно жалко. В зале все чаще и чаще слышались посапывания и всхлипывания. Мне эти женские проявления чувств мешали смотреть картину.

Потом я почувствовал какое-то незнакомое, непонятное щекотанье в горле и пощипыванье в глазах. Через минуту я стал шмыгать носом и шарить в кармане, где, конечно, и намека не было на носовой платок. И тогда (да простит меня тень известного всему поселку хозяина пущеводицкого синематографа!) я воспользовался в качестве носового платка роскошным плюшевым занавесом, закрывающим "выход на случай пожара". Что было, то было. Примерно к третьей части я сидел уже не шелохнувшись и вместе со всем залом неотрывно следил за судьбой этой удивительной женщины.

Состояние зала было похоже на какой-то массовый гипноз, и я невольно дышал единым дыханием со всеми, а выходя после сеанса, так же, как другие, прятал зареванные глаза. Куда вдруг девались мои Майн-Риды и Нат Пинкертоны, "Тайны Нью-Йорка" и уличные драки!.. Что со мной случилось там, в темноте зрительного зала? Откуда появилась неотвязная мысль об этой удивительной женщине, потребность защищать ее, ограждать ее от опасностей?.. Не героиню картины, а ее - Веру Холодную...

После этого дня правдами и неправдами я проникал в синематограф на ее картины, даже в тех случаях, когда детям вход бывал строго воспрещен. Кажется, я не пропустил ни одной ленты с ее участием. В анкетах, которые мне доводилось заполнять, стояли разные вопросы, но ни в одной из них не было вопроса о первой любви. А если бы он стоял, я должен был бы честно ответить: Вера Холодная.

Да что я?.. Вся Россия была в нее влюблена!



ЗАГАДКА "КОРОЛЕВЫ ЭКРАНА"

1       2       3       4      


   2008-2010. Все права защищены. Использование любых материалов с сайта только с разрешения автора.